Максим Ганфман     Ковенские дни

Рост Ковно. - Выставка. - Интерес к ней. - Эпоха Витовта Великаго. - Мистерия Людаса Гиры. - Почести борцам за свободу Литвы. - Певческий праздник. - Сердечный прием делегации журналистов. - У президента А. Сметоны. - Язык взаимнаго понимания.

         Как далеко от воспоминаний о прошлом настоящее Литвы!
         Может быть, только большой промежуток времени, отделяющий то, "что вспомнилось", от того, что бросается сейчас в глаза, дает рельефное представление о грандиозных переменах, сдвигах и достижениях за последнее десятилетие.
         Ковно в эти дни представляло картину, особенно любопытную для тех немногих, кто имели возможность сравнить прошлое с настоящим.
         Возрождение политической независимости, национальное самосознание, национальная культура, перегруппировка социальных слоев, новая экономическая конструкция, новая психология - все это нашло свое выражение и притом очень красочное в нынешних ковенских днях.
         Перед журналистами из Латвии как бы развертывалась фильма жизни новой Литвы в различных ея проявлениях.
         Прежде всего - самый город Ковно лихорадочно строится и меняет свою физиономию. Новые дома, новыя улицы, а, главное, начатыя постройки - для того, кто знал прежний захолустный губернский город, уже симптом, достаточно наглядный и убедительный.
         Выставка даже при беглом осмотре говорит о том, что это строительство идет глубоко и далеко по всей стране.
         Я не имел возможности сравнивать настоящую выставку с прежними, но самые объективные наблюдатели утверждают, что воочию убеждаешься в чрезвычайно быстром поступательном движении материальной культуры. Она прежде всего связана с той основой, на которой строится благополучие страны - на прочном крестьянском индивидуальном хозяйстве. Крестьянство после всех переворотов и потрясений окрепло и образует ту надежную в социальном и экономическом отношении подпочву, которой не страшны никакие кризисы.
         Знатоки дела мне указывали на то, что выставка дала замечательные образцы животноводства, развития молочнаго хозяйства и т. д. и т. д. Это, наверное, соответствует действительности, но меня больше интересовала публика, посещавшая выставку, и отношения к ней со стороны посетителей.
         Это не была обычная толпа, посещающая подобнаго рода ярмарки - мессы. Со всех сторон Литвы съехались люди на свою выставку. Тут были подлинные хозяева мужицкой страны, которые не убоялись ни трудности пути, ни потери времени, ни отсутствия помещений и залили всю, уже теперь тесную, большую территорию выставки характерной толпой. Трогательно было отношение, почти что любовное к тем экспонатам, которые были близки душе таких посетителей.
         На выставке было не только людно, но и весело, как всегда бывает, когда налицо действительно праздничное массовое настроение. Всякаго рода выставочные шумы, крикигромкоговорителей напомнили мне своеобразную звуковую картину, которую Стравинский так гениально закрепил в своей звуковой картине ярмарки в "Петрушке".
         Фон выставки - поразительная панорама крутых лесистых холмов с Неманом в глубине и ясное безоблачное небо составляли превосходный pendant к этой яркой веселой симфонии.

*

         Если новыя формы материальной культуры нашли свое выражение в выставке и в ея публике, то национально-политический момент новаго периода жизни Литвы выявился прежде всего в стремлении связать возрожденную свободную Литву с тем прошлым, которое воплощается в Витовте Великом.
         Как бы символизируя эту связь над пестрыми выставочными зданиями, говорящими о строительстве и творчестве настоящаго, высится строгая, стильная башня павильона Витовта, в нижнем этаже которой собрано много интересных снимков, картин, книг, карт, предметов, относящихся к этому национальному герою и его эпохе.
         Непрерывным потоком проходят через эту башню экскурсии молодежи и пожилых посетителей, благоговейно разсматривающих эти своеобразные исторические экспонаты. Скауты еле удерживают этот поток и распределяют публику, чтобы дать возможность всем не только войти в павильон, но и внимательно его осмотреть.
         Популяризации имени того правителя Литвы, который создал мощное литовско-русское государство, под символом котораго проходит весь год, содействует мистерия Людаса Гиры "Земля Витовта", которая становится под открытым небом на чудесной Зеленой горе, ныне именуемой горой Витовта.
         Это - массовое зрелище со всеми сильными и слабыми сторонами того вида драматическаго представления, которое стремится, под определенным углом зрения охватить целые исторические периоды, иллюстрировать их наиболее яркими эпизодами и лицами. Само собой разумеется, что история тут сплетается с наиболее популярным и злободневным лозунгом о Вильно.
         Хороши декорации Грегораускаса по эскизам известнаго литовскаго художника Шимониса, массовыя сцены, а также удачна аранжировка сцены, сделанная режиссером Дауговейтисом. Инициатива и активное участие в этом массовом представлении принадлежит союзу стрелков.
         Журналистам пришлось также увидеть в особенно эффектной обстановке уже ставший здесь традицией обряд воздавания почестей борцам за свободу Литвы. Эта церемония, совершаемая перед памятником у военнаго музея, очень красива и символична. Фанфары с башни, возжение огня на алтаре, световой крест, вспыхивающий на памятнике, шествие инвалидов под звуки соответствующей музыки, медленно опускающийся флаг на башне - все это в совокупности, как выражение культа национальных героев, производит сильное впечатление.
         В этот вечер около памятника собралось несколько делегаций, представители военнаго мира и иностранных миссий. Генерал Нагявичюс сказал несколько красивых слов, а девушки в национальных костюмах раздавали присутствующим розы, как безмолвный символ благодарности тех, которые навеки замолкли, павши за свободу родной страны.
         В отношении ко всем этим символам чувствовалась та струя национальнаго чувства, которая в прошлом ищет связь с настоящим.
         Другая форма национальнаго самосознания полная молодой жизни, порыва и одушевления вылилась в грандиозном певческом празднике, на который собрались многочисленные хоры. Для Литвы такие праздники новость. Нужно была особенная энергия для того, чтобы создать такое мощное музыкальное действо.
         На эстраде стояло несколько тысяч человек, и, несмотря на трудность подготовки, пение народных мотивов звучало мощно и стройно.
         Передаю те кусочки впечатлений, которые впечатлений, которые свидетелствуют о том, что идея праздника была выявлена достаточно убедительно и красочно.

*

         Несколько слов о делегации журналистов и о приеме ей оказанном. Я очень плохой изобразитель всякаго рода торжеств, но нужно сказать, что отличительной чертой приема было не только широкое гостеприимство, но и особая сердечность, которая сказывалась не только в речах, но и во всей обстановке. Получилась та атмосфера интимности, которая является лучшей политикой сближения именно потому, что она чужда политики. И гости и хозяева почти не затрагивали политических тем, но самый визит и встреча, несомненно, будут иметь известное политическое значение.
         И, может быть, наиболее яркое выражение момент интимности получил в непринужденной беседе президента А. Сметоны с представителями латвийской печати.
         Президент подчеркнул, что на певческом празднике все заметили, как горячо многотысячная толпа слушателей встретила выступление латышскаго хора. В этом совершенно неподготовленном проявлении народнаго настроения почувствовался сдвиг в сторону стремления ближе подойти друг к другу, почувствовать те нити, которыя связывают оба народа и которыя не так крепки, как это должно было бы быть.
         Эта тема звучала во всех речах, приветствиях и, что может быть еще существеннее, в частных беседах.
         Повидимому, исходя из того, что лучше всего передать чувства на родном языке, и гости и хозяева говорили по большей части каждый на своем языке, не прибегая даже к помощи переводчика. Думаем, что при всей понятности мотивов, руководивших ораторами, многое, несмотря на близость латышскаго и литовскаго языков, из интереснаго содержания терялось. И, может быть, в смысле взаимнаго понимания целесообразнее прибегать к русскому языку, который в известной мере в Балтийских странах играет роль международнаго.
         На русском языке говорили президент Сметона, бургомистр Вилейшис, д-р Пурицкис, генерал Нагявичюс, Мартын Ичос и др. Интересно отметить, что министр иностранных дел Литвы д-р Заунюс говорил на латышском языке. Впрочем, при наличности тех настроений, которыя сказались во время визита латвийской печати в Ковно, вопрос о языке имеет самое второстепенное значение.
         В деле сближения Литвы и Латвии главную роль играет язык взаимнаго понимания исторических, культурных, экономических и политических интересов обоих народов.
         Для такого взаимнаго понимания печать может и должна сделать многое.
         И если нынешний визит усилил желание работать в этом направлении, то он будет иметь значение не только для приятных воспоминаний о ковенских днях.

М. Ганфман.

М. Ганфман. Ковенские дни // Сегодня. 1930. № 173, 25 июня.

 

Подготовка текста © Лариса Лавринец, 2004.
Публикация © Русские творческие ресурсы Балтии, 2004.


 

Максим Ганфман    Обсуждение

Критика и эссеистика     Балтийский Архив


© Русские творческие ресурсы Балтии, 2004