Сергей Минцлов     Смерть Гедимина, Екатерина II и Платон Зубов
(Из литовских впечатлений)

         Неман судоходен от Ковна до самаго устья. А так как главный путь на Литву рыцарей-меченосцев шел по берегу Немана, то я решил проделать часть его на пароходе: в Ковне их множество и бегают они чуть не ежечасно, так что можно сходить на берег и осматривать любое место. Пароходных кампаний здесь несколько и мы попали в самый разгар соперничества их: за шестичасовой перегон от Ковна до Юрбурга1 брали по два лита, т. е. по одному швейцарскому франку с человека.
         С поездкою надо было торопиться: через две недели должны были начаться Витовтския торжества и устроители их, Л. Гира и другие, взяли с меня слово, что мы непременно вернемся к этому времени в Ковно.
         Накануне отъезда нас посетила незнакомая с нами местная помещица О. В. Фариа дель Кастро2, узнавшая о нашем приезде и пригласила посетить и отдохнуть несколько дней у нея в Рауданах. Любезное приглашение было принято нами с радостью: Рауданский замок выстроен в 1337 году и сохранился до наших дней в неразрушенном виде. Находится он приблизительно в часе езды от Юрбурга и мы условились, что приедем к дель Кастро на обратном пути, когда точно выяснится сколько времени мы можем посвятить знаменитому уголку.
         В час дня мы уже стояли на палубе белого парохода и следил глазами за удалявшимися ковенскими костелами. Неман живописен на всем своем протяжении; красные, гористые берега его покрыты то темными, то светло-кудрыми лесами; часто под водой намечались мели, но мы благополучно и ходко неслись по течению.
         Часа через четыре горы праваго берега повысились и сделались обрывистей, подавляя все своею величиной, показался огромный костел; ниже его по скату горы лепилось буро-деревянное местечко, казавшееся сплошными, ужасающими развалинами. Ни деревцо, ни кустик не скрашивали их. Берег разсекали три глубоких промоины и на зеленых вершинах между ними проступали следы валов и большой, насыпной курган. Это были Велионы, славное место в истории Литвы.
         Древность, по литовскому обыкновению, окапывала свои тесные городки рвами и валами; последние укреплялись тыном из дубовых кряжей, и много поломали рыцари зубов об Велионы. Но подоспело изобретение пороха, заморские гости привезли еще неизвестное литовцам "огненный бой" и литовская твердыня была разбита ядрами и сожжена в 1337 году.
         Рыцари сменили ее каменным замком - Фриденбергом. Литовский великий князь Гедимин в это время находился в отсутствии - в походе против татар - и, пользуясь этим, вождь рыцарского ополчения Генрих Баварский безпрепятственно возвел в девяти верстах ниже по течению от Фриденберга новый, обширный замок с пятнадцати-саженной башней. Назван он был в честь завоевателя "Генрихбайерн", но имя это скоро забылось и превратилось народом в Рауданы, что по литовски значит "красный".
         Грамотой императора гроссмейстер Ордена Теодорих был назначен владетелем Литвы и Жмуди, а Рауданы были возведены в столицу новаго государства. Но шкуру медведя начали делить несколько рано: старый боец Гедимин вернулся из похода и в 1338 году отправил против немцев сына своего Ольгерда. Последнему удалось захватить Фриденберг и сжечь и уничтожить соседнюю крепостцу Роман-Вердер. Но Рауданский замок устоял и в следующем году против него двинулся сам Гедимин.
         Начался штурм; престарелый герой, воодушевляя своих, сошел с коня, и, опираясь на меч, направился впереди своих сомкнутых колонн на вражью твердыню. Литовцы были уже совсем близко от башни, когда раздался с нея первый выстрел и великий князь повалился на землю. Через несколько минут его не стало. Литовцы отступили и, не преследуемые немцами, унесли тело своего героя в Велиону, где оно было торжественно сожжено и над прахом его вырос огромный курган. Гора с этим курганом доныне называется Гедиминовской.
         Сын Гедимина, Монтвид, раздобыл пушки и с помощью их, после долгой осады, взял наконец, Рауданский замок. Через четыре года рыцари врасплох захватили его; дальнейшая история его становится известной только с шестнадцатого века, когда он был пожалован польским королем Сигизмундом Вторым фон Киршенштейну. Много позже впоследствии он принадлежал князю Зубову.
         Еще час и мимо нас поплыла вся зеленая гора; из-за леса глянули белые зубцы круглой башни, мелькнула в просеке часть красной стены - Раудан.
         Задолго до заката солнца пароход наш остановился у Юрбургской пристани или, выражаясь проще, попросту приткнулся к берегу носом и мы по спущенным сходням сошли на землю. Перед нами бурою степью разстилалось обширное ровное пространство; приблизительно в версте за ним расположился на горе деревянный город и двурогий, красный костел.
         Мы наняли таратайку и заныряли по колдобинам в "лучшую" гостиницу. Лучшая оказалась под стать пристани - от описания ея воздержусь.
         Мы оставили в ней свои вещи и тот же извозчик повез нас по невозможной булыжной мостовой, словно по разсыпанным ядрам, к местному православному священнику, к которому, как к старожилу и знающему человеку, направила нас О. В. дель Кастро. Мы попали в зеленый пустынный тупик; он упирался в парк; по левую руку тянулась каменная ограда, справа хмурились два одноэтажных деревянных домика. Первый принадлежал священнику и возница остановился у ветхаго крылечка. Навстречу нам появилась матушка и пригласила нас в бедно обставленную, но обширную комнату; пару минут спустя вышел суроваго вида священник; оба они были невысокие, пожилые люди; он говорил глубоким басом.
         Мы посидели у них, послушали разсказы о прошлом и я попросил показать нам главную достопримечательность Юрбурга - парк и дворец князей Васильчиковых3. Священник захватил ключи, взял шляпу и мы вышли на заглохший тупичек. Священник указал связкой ключей на стену перед нами.
         - За ней таможня каменная стояла!.. - сказал он. Теперь на другия постройки разобрали ее всю!..
         Мы вошли в широкий, как ворота, пролом: на площадке перед нами тянулась большая, заросшая бурьяном яма; около нея грудами были навалены камни; яму - вероятно, таможенный подвал в былыя времена - осеняли высокия деревья.
         Мы обогнули ее по тропочке и путь нам пересекла другая стена; спутник наш отпер железную зеленую калитку и над нашими головами зашумел старый, тенистый парк. Мы шли чуть не по пояс в лопухах и крапиве; аллеи превратились в тропочки; слева, под невысоким берегом блеснула среди заросли кустов речка Митва. Против нея, на взгорке, сквозь чащу деревьев белел дворец.
         Незапамятным владельцем этих мест предание называет какого то Юргиса, имя котораго передалось и городу. В конце восемнадцатого века Екатерина Вторая пожаловала Юрбург с несколькими тысячами десятин земли Платону Зубову4. Речка в новом имении этого баловня судьбы протекала в стороне от дворца и чтобы сделать приятный сюрприз своему любимцу, гостившая у него императрица приказала пустить речку по теперешнему руслу, что и было выполнено в одну ночь и вышедший к утреннему кофе Зубов был поражен новым чудом северной Семирамиды.
         За рекой встает лес, именующийся и теперь "фазанником" - там разводилась эта птица для охот Зубова. Во времена Александра I Юрбург перешел к князьям Васильчиковым; им он принадлежал на майоратных началах до последней революции.
         Весь скат взгорка между дворцом и речкою несомненно был когда-то сплошным цветником; теперь это скромный клеверный луг. Дворец невелик, но очень изящен; длинныя мраморныя ступени вводят прямо в круглый двух-ярусный зал; купол его и хоры целы, но штукатурка осыпалась и кучами покрывает мозаичный пол. Из залы влево и вправо идут комнаты; ни оконных рам, ни потолков, ни крыши над ними нет; в них буйно разрослись кусты и целыя деревца. Из залы попадаешь в большую переднюю и оттуда на подъезд, когда то опиравшийся на мраморныя колонны; теперь уцелела и стоит только одна; три другия разбиты и покоятся среди всяческого мусора: пострадал дворец от немецких снарядов во время великой войны. Перед подъездом раскидывается громадная куртина в полдесятины размером; вся она заросла кустами сирени и жасмина: ее должны были огибать экипажи, направлявшиеся ко дворцу.
         Влево и вправо, совершенно отдельно от него вытягиваются два двухэтажных здания; оба они теперь отведены под гимназию и квартиры служащих. В прежние годы в левом помещался управляющий и разныя конторы имения, а правый занимал командир Новороссийскаго драгунскаго полка, квартировавшаго в Юрбурге; шефом полка был великий князь Владимир Александрович. Как жили владельцы этого уголка, какие блистательные праздники там гремели начиная со дней Екатерины Второй, - говорить не приходится!
         За выездными воротами тянется к городу развесистая каштановая аллея; по сторонам ея из-за деревьев выглядывают почернелыя и частью заколоченныя деревянные здания - приют для детей, богадельня, две школы, офицерское собрание. Все это было установлено Васильчиковыми и состояло на их полном иждивении.
         Каждую пятницу и субботу жители Юрбурга делались очевидцами любопытнаго зрелища: вся каштановая аллея наполнялась бедным людом и происходила раздача милостыни и пищи: по пятницам получали евреи, по субботам христиане. Никого и никогда не спрашивали откуда он - свой местный, или чужой - все были "свои".
         Неподалеку от дворца, за кустами и решетчатой оградой, затаилась небольшая белая русская церковь5; она невелика и имеет необычную форму - длина ея значительно короче ширины: содержится она в чрезвычайном порядке и чистоте, образов в ней такое необычайное количество, что в первую минуту кажется, будто попал на выставку, или в старообрядческую моленную.
         Я спросил священника о числе прихожан у него. Ответ был - тридцать. Разумеется, держать при таких средствах псаломщика и сторожа немыслимо и обязанности их исполняет матушка. Уже завечерело; вы просветы между деревьями краснело небо. Священник проводил нам до самаго города и там распростился с нами. Высокие шпили костела еще видели солнце и казались огненными; над ними вились и кричали галки.

С. Р. Минцлов

 

С. Р. Минцлов. Смерть Гедимина, Екатерина II и Платон Зубов (Из литовских впечатлений) // Сегодня. 1930. № 211, 2 августа.

1 Ныне Юрбаркас.
2 Ольга Викторовна де Фариа э Кастро, одна из последних в Литве представительниц старинного португальского дворянского рода, прибывшего в Россию по приглашению Екатерины II; попав в немилость, де Фариа э Кастро были высланы в провинцию, в Литве жили с конца XIX в., до 1940 г. владели Рауданским замком и окрестными землями; Владимир де (Фариа э) Кастро служил в Министерстве иностранных дел Литвы, в 1944 г. эмигрировал на Запад, умер в Париже ок. 1990 г.
3 Подаренное на правах майората в марте 1845 г. императором Николаем I председателю Государственного Совета генерал-адъютанту князю Иллариону Илларионовичу Васильчикову (1777 - 1847) Юрбургское поместье по его смерти было разделено на Таурогенское (неподалеку от нынешнего Таураге), доставшееся сыну от второго брака Александру Илларионовичу Васильчикову (1818 -1881), секунданту М. Ю. Лермонтова в дуэли с Н. С. Мартыновым (1841), и Юрбургское, унаследованное сыном от первого брака генерал-майором (1855) Илларионом Илларионовичем Васильчиковым, а после его смерти с 1870 г. поместьем владел флигель-адъютант, гвардии полковник Сергей Илларионович Васильчиков, и его сын Илларион Сергеевич Васильчиков (1881 - 1969), ковенский губернский предводитель дворянства (1909), член IV Государственной думы и участник Поместного Собора Русской Православной Церкви (1917 - 1918), с женою Лидией Леонидовной Васильчиковой (рожденная княжна Вяземская). Во время революции и гражданской войны Илларион и Лидия Васильчиковы из Петрограда через Крым и, с весны 1919 г., Константинополь, Мальту, Париж, Берлин вернулись в Литву и с сыном Георгом обосновались в Ковно (1932), где занимался русской общественной деятельностью и ведением хозяйства, оставшегося после земельной реформы; с вступлением советских войск покинул Литву (1940), поселился в Баден-Бадене (1945).
4 Подаренное Екатериной II в 1795 г. графу Платону Александровичу Зубову (1767 - 1822) Юрбургское поместье, унаследованное по его смерти семейством его брата Дмитрием Александровичем Зубовым (1764 - 1836); принадлежавшее Зубовым поместье в 1841 г. было куплено у них казной.
5 Церковь построена на месте водочного склада стараниями И. И. Васильчикова и его жены Екатерины в 1865 г. и освящена в августе того же года Ковенским протоиереем Захарием Сухановым; Васильчиковы содержали священников, выделяя ежегодно 120 рублей на найм жилья, и выделили землю под кладбище.

 

Подготовка текста © Лариса Лавринец, 2002.
Публикация © Русские творческие ресурсы Балтии, 2002.

 

Литеросфера

 

Сергей Минцлов

Обсуждение      Балтийский Архив


© Русские творческие ресурсы Балтии, 2000 - 2002
plavrinec@russianresources.lt