Сергей Нальянч. "Парус малый"

Письмо из провинции. - Идеализации большого города. - Провинции былых лет. - Рыбачьи лодки и большие корабли. - Пример городка Юхнова. - Большое плаванье малых кораблей. - Культура - для всех.

1.

         Недавно автором этих строк было получено письмо от русскаго общественнаго деятеля, проживающаго в одном из уездных городов Польши. Автор письма жалуется на низкий культурный уровень местнаго общества, в частности, на слабо развитую общественную жизнь русских. В письме всюду сквозит нескрываемая зависть к тем, кто живет в больших городах, богатых духовною жизнью.
         - "Вы - счастливы", - говорится, между прочим, в письме. - "Вы имеете возможность жить в центре культурной жизни, встречаться с идейными людьми, следить за литературой, принимать участие в действительно полезной работе, посещать интересные доклады, дискуссии и лекции; одним словом - Вы живете той полной содержательной и культурной жизнью, которая всегда представлялась мне высшим счастьем. У меня ничего этого нет. В городе, где я живу, есть русския организации, есть русские люди, но все это далеко не то, о чем я мечтаю и как я себе представляю общественную работу. Это - не дружная русская семья, спаянная одной любовью к национальному делу, а кучки постоянно враждующих между собой людей, завистливых и недоброжелательных по отношению друг к другу, подхватывающих с особенным удовольствием каждую мелкую сплетню или ловко пущенную интригу".
         В этих словах, наряду с описанием грустной провинциальной действительности, звучит обычная для жителей провинции нотка идеализации жизни в большом культурном центре. Поэтому хочется, прежде всего, сказать автору письма и всем, кто разделяет выраженныя в письме настроения: - не сгущайте красок, описывая вашу провинциальную действительность, и не идеализируйте нашу жизнь - жителей больших городов. У вас не так безнадежно - плохо, как вы думаете, а у нас далеко не такая блестящая и благополучная жизнь, как вы себе представляете издалека!
         У многих русских до сих пор сохранился взгляд, что культурная духовная жизнь возможна только в столицах, в университетских городах, провинция же - это прозябание, растительное существование, болото, в котором невозможно жить человеку живому, стремящемуся к осмысленной, культурной, красивой жизни. На провинцию в былыя времена смотрели из столиц свысока, высокомерно ее третировали, а провинция это принимала как должное, полагая, что светоч культуры может гореть только в больших городах.
         Потому в повести М. Горькаго об уездной глуши - "Городок Окуров" - слободской поэт Сима Девушкин изобразил провинциальную жизнь в таких грустных сторонах:

Позади у нас - леса.
Впереди - болота.
Господи! Помилуй нас!
Жить нам - неохота.

         Потому Салтыков-Щедрин в "Губернских очерках" так говорит о городе Крутогорске:
         "В'езжая в этот город, вы как будто чувствуете, что карьера ваша здесь кончилась, что вы ничего уж не можете требовать от жизни, что вам остается только жить в прошлом и переваривать ваши воспоминания. И в самом деле, из этого города даже дороги дальше никуда нет, как будто здесь - конец мира".
         Потому наши уездныя барышни в доброе старое время с таким чувством декламировали некрасовскую "Песню Любы" и писали ее друг другу в альбом:

Отпусти меня, родная,
Отпусти, не споря.
Я не травка полевая,
Я взросла у моря.
Не рыбацкий парус малый -
Корабли мне снятся.
Скучно! В этой жизни вялой,
Дни так долго длятся.
Здесь как в клетке заперта я.
Сон кругом глубокий...
Отпусти меня, родная,
На простор широкий.

         Этим "широким простором" были, конечно, Петербург и Москва, на худой конец - Киев и Харьков. Только там могли найти применение своим силам те люди, которые не удовлетворялись созерцанием малых рыбачьих лодок и которым снились большие корабли.
         Правда, многих провинциалов ожидало жестокое разочарование ("История моего современника" В. Короленко). Столицы оказывались вовсе не такими блестящими, какими их рисовало воображение. Театров, музеев и дворцов было в них гораздо меньше, чем простых домов, будней гораздо больше, чем праздников. Столица начинала казаться тесной, и часто широким простором для приезжающего становились... его родной город и окрестные поля и леса.

2.

         Те русские, которые, проживая в польской провинции, идеализируют жизнь в Варшаве и в Вильне, повторяют ошибку наших отцов, идеализировавших в свое время Петербург и Москву. Такая идеализация пагубна вдвойне: во-первых, при ней нет настоящего понятия о "столичной" общественной жизни русских; отсюда вытекают повышенные требования провинции к центрам, к общественно-культурным организациям и учреждениям Варшавы и Вильны.
         Но это еще с пол-беды! Беда заключается в том, что при таком взгляде на свой "прозябающий" городок, на его русскую общественность, русский часто машет на все рукою, тогда как, напротив, именно провинция более всего нуждается в культурной работе. Отсюда, нередко, вытекает оправдание своего бездействия: - Один, мол, в поле - не воин, к тому же местные масштабы для меня слишком тесны: "не рыбацкий парус малый - корабли мне снятся".
         Между тем, часто именно один человек может сделать очень много для небольшого общества, в среде котораго он находится, для своего "малаго парусник".
         В "Комсомольской Правде" ном. 198, помещена интересная корреспонденция о маленьком городке Западной области Юхнове. Этот городок казался молодежи непомерно скучным. Все не нравилось в своем городе: и работников нет - безлюдье, и город мал, на ущербе. Спорт, физкультура? Откуда в нашем городке спортсмэны? - Учиться? Откуда в Юхнове культурныя силы?
         Теперь в Юхнове, по словам корреспондента, открылись две общеобразовательныя школы, процветает театральный кружок, усердно изучают немецкій язык, юхновцы основали шесть спортивных команд.
         Вскоре о Юхнов заговорили в многочисленных поселках, местечках, городах Советскаго Союза, в журналах и газетах. Юхновцы подтвердили, что нет в стране уголка, где нельзя было жить большой, настоящей жизнью. "А если скучают в небольших городах, то причина тому - лень, неповоротливость организаций, неуважение к себе, к своему городу".
         Какое же произошло событие, так ожившее маленький городок? Ничего особеннаго не произошло. Только молоденькая жительница Юхнова Женя Рожкова пристыдила юхновския организации через газету на всю страну.
         На этот "разнос" откликнулся другой юхновец, Андрей Сальников, написавший своим землякам через газету: "Вы зря скучаете, товарищи. И в Юхнове можно жить культурно и весело!"
         Пристыженные юхновчане оглянулись на себя, на свой город - и стало им не по себе. Молодежь города Юхнова дружно и энергично взялась за дело - и города теперь не узнать.

3.

         Конечно, никто не будет утверждать, что в маленьком Юхнове можно так же культурно и интересно жить, как в Москве и Петербурге с их замечательными театрами, музеями, обилием талантливых людей, многочисленной интеллигенцией. Но приведенный выше пример является ярким доказательством того, что и в маленьких городах можно при наличии большого желания и доброй воли сделать очень многое, что и в глухих уголках может кипеть культурная жизнь.
         Не только в Варшаве и Вильне, но и в Бресте, Ровно, Луцке, Гродно, Слониме, Барановичах "малый парусник" может совершать большое плаванье.
         Глубоко ошибаются те, кто смотрит на общественную и культурную жизнь больших городов сквозь розовые очки, кто думает, что там живет "дружная русская семья, спаянная одной любовью к национальному делу". Далеко не все идет и проходит так гладко, как кажется после чтения отчетов о культурных торжествах, спектаклях, концертах, докладах. Русская общественность в Варшаве и Вильне также не лишена тех отрицательных сторон, на которыя жалуется в письме провинциальный общественный деятель. Недавнее скандальное собрание варшавскаго РБО может служить лучшей иллюстрацией того, что и в крупных центрах достаточно анти-общественных тенденций, интриг, нетерпимости к чужому мнению и критике, произвола и "кюхельбекеровщины".
         Полумертвое, неблагополучное РБО в Варшаве и его процветающия отделения в Лодзи и Остроге - это тоже хорошая иллюстрация к вышесказанному.
         Провинциальная жизнь, уступая большим городам в разнообразии развлечений, богатстве культурных сил, многолюдности образованной среды, имеет в свою очередь, много преимуществ перед ними: в маленьком городе жить просторнее, дешевле, уютнее, имеется больше времени для чтения, самообразования, знакомства с природой.
         В маленьком городке нередко можно сделать для себя и других гораздо больше, чем в большом центре. Не только можно, но и должно. Культура должна быть одинаковым достоянием и Варшавы и маленькаго местечка. Чеховския сестры, за которых на меня обиделся один наш читатель, приславший письмо в их оправдание, твердили: "В Москву! В Москву!", - словно в их городе нельзя было жить культурно, содержательно и весело, словно земля сошлась клином на Москве.
         Нет, земля нигде не сошлась клином, и "малые паруса" также имеют право, могут и должны стремиться к красивой, одухотворенной, разумной жизни, как и большие корабли.

С. Нальянч

С. Нальянч. "Парус малый" // Наше Время. 1935. № 301 (1624), 22 декабря = Русское слово. № 301 (1191).

 

Подготовка текста © Эрнестас Грицюс, 2005
Публикация © Русские творческие ресурсы Балтии, 2005


 

Сергей Нальянч     Обсуждение

Критика и эссеистика     Балтийский Архив


© Русские творческие ресурсы Балтии, 2005