Петр Пильский.  О Риге на ушко. Рижские мелочи.


         Это будет самое незатейливое письмо. Его темы будут незамысловаты. Разговор пойдет о простых обыденных вещах. Но ведь это и есть жизнь. Без всякой политики, без всяких высших соображений давайте поговорим, как человек с человеком, о насущных, обывательских вопросах.
         В "Нашей газете" до сих пор были "Ревельские мелочи", - пусть на минуту пред вашими глазами пройдут "Рижские мелочи".
         - Посплетничаем о Риге…

* * *

         Рига - город автомобильных катастроф.
         Я вставал утром, я открывал газету, я читал подряд о том, как автомобиль наскочил на велосипед, как другой автомобиль смял прохожего, третий въехал в зеркальное окно магазина. Бывали дни, когда таких катастроф оказывалось несколько.
         Это удивительно.
         В Риге широкие улицы, они гораздо шире ревельских, и вот, все-таки.
         В чем дело?
         Оказывается, очень просто. Автомобильное движение в Риге развивается не по дням, а, буквально, по часам, шоферы плодятся, как грибы, и что же удивительного, если среди этого множества встречаются мало опытные и даже совсем неопытные? Конечно, ничего странного нет.
         К сожалению, от этого никому не легче:
         - Разве приятней быть раздавленным только потому, что это логично? Я лично всегда предпочитал быть в добром здравии, хотя бы это и противоречило логике.

* * *

         Правда, надо отдать справедливость Риге - она борется с этим, как может. Все, что в ее силах, она делает, чтоб упорядочить и урегулировать свое уличное движение. На всех углах полицейские строго следят за безопасностью проезда. Теперь введена еще одна мера.
         На перекрестках, где движение особенно развито, устроили особые постаменты, круглые площадки и на них возвышается полицейский: чтоб все видели его и все видел он.
         Разумеется, это очень полезно, но… но переехать прохожего, ведь, можно и не на перекрестке, а опрокинуть велосипедиста очень легко на самой широкой загородной дороге.
         Так именно оно и бывает, и я говорю сейчас совсем не о предполагаемых и возможных случаях, а о том, что, действительно, и случилось, и случается.
         - Будет ли случаться?
         - Но почему же не будет?
         Нет, ревельские шоферы могут нести свою голову гордо. Кстати сказать: знаете ли вы, как труден их экзамен на право езды? Совсем не просто получить не только диплом на легковой автомобиль, но и право управления грузовиками. В Ревеле это дается после трудного испытания.
         Вот, - почему на ревельских улицах так мало автомобильных катастроф.
         А, ведь, вы знаете эти улицы: вот где, воистину, ежедневно бывает посрамлена притча о верблюде, который не может пройти сквозь игольное ушко! Ревельские верблюды проходят.

* * *

         Прогуливаясь по рижским улицам, вы можете часто встретить людей, одетых в черное и с черным цилиндром на голове.
         Угадайте: кто это?
         - Дипломаты? Франты? Аристократы-иностранцы?
         Вы не угадали:
         - Это - рижские… трубочисты.

* * *

         Я становлюсь вашим путеводителем по Риге.
         - Что вы хотели бы знать?
         Впрочем, я знаю. Вас интересуют, разумеется, цены. И я хорошо понимаю ваше любопытство. Ну что ж, начнем с квартир. А так как это письмо идет в Ревель, то, значит, надо говорить о комнатах. Не вам объяснять, как достаются ревельские квартиры и сколько надо ухлопать труда и денег, чтоб получить это недосягаемое благо. А теперь, вместе с введением квартирного закона, ревельцы - едва ли не все поголовно, - станут комнатными жильцами. И те, кто до сих пор имели возможность жить в четырехкомнатной квартире, волей-неволей, начнут их дробить и сдавать отдельным жильцам.
         Так вот: как же в Риге? А здесь так.
         Пять лет тому назад я снимал большую комнату в три окна. Я платил 3000 рублей. Теперь в той же самой квартире, у той же милой и добросовестной хозяйки я за эту комнату должен платить 5000. Правда с отоплением, освещением и услугами. Конечно, в квартире ванна, а на кухне газовая плита.
         Никакого комнатного, никакого квартирного кризиса здесь нет и объявления о сдаче занимают приличное место в газетах. Предоставляю вам самим сделать соответствующие выводы. Если же хотите их услышать от меня - извольте:
         - Рижский квартирный рубль дает гораздо больше, чем ревельская марка.
         Это - вообще.
         А для многокомнатных квартир, для тех, кто снимает целую квартиру, Рига дешевле во много раз.
         Правда, чтобы получить квартиру в Риге, нужно войти в таинственное соглашение с управляющим домом, или быть в очень хороших и даже близких отношениях с домовладельцем. Но не будем говорить об отношениях! Нужно говорить об управляющих. А с ними разговор прост. Это не хитрое дело может быть формулировано так:
         - Вы хотите целую квартиру? Она есть, но… Но она продается.
         И вот, вы платите сразу управляющему, ну, скажем 20-40 тысяч. Конечно! За самую квартиру вы можете платить гроши, и я знаю случаи, когда квартира из 5 комнат обходится в 3000 рублей в месяц. Клянусь: есть смысл дружить не с хозяевами, а с управляющими.

* * *

         Анекдоты быта.
         Эти анекдоты создал антиалкогольный закон. Собственно, он никакой "анти", он "деми" алкогольный, но анекдоты остаются анекдотами.
         Ресторан.
         Часовая стрелка приближается к роковой цифре: "Х". С этого момента никто и нигде вам не подаст ни рюмки коньяку, ни бокал вина. Но за две минуты до "Х" - пожалуйста!
         В ресторане сидит адвокат. Ему только что подан вместительный бокал. Как раз в этот момент входит полиция.
         - У вас - спиртные напитки.
         Адвокат делает удивленные и протестующие глаза:
         - В моей стране, - говорит он, - не может быть такого закона, который я решился бы нарушить!
         - Но - это пиво…
         - Оно раньше подано, оно стоит, сейчас 10 часов, - вы видите я его не пью.
         Бокал стоит у стены, его действительно никто не пьет, все в порядке. Полиция удаляется.
         Но кто, кому, когда и как мог поставить преграды предусмотрительному желанию, которое заботливо припасает само себе известное удовлетворение, не нарушая вместе с тем никаких законов, и во всяком случае оберегая жаждущую личность от тягостных столкновений с порядком? И правда, а что, если посетитель принесет с собой спрятанное где-то в тайниках кармана, запрещенную влагу? Я знаю, вы удивитесь:
         - Но какие же нужны карманы?
         И на это я вам отвечу:
         - Очень небольшие!
         Видите ли, и в этой области спрос родит предложение и потому… А потому в Латвии стеклянные заводы сразу обнаружили великую находчивость.
         - Здесь выпустили совершенно и абсолютно плоские бутылки и в боковом кармане они укладываются, как бумажник.
         Может быть, не надо пояснять, для какой цели они служат, и как ими пользуются…

* * *

         Когда-то я весело путешествовал. Это было давно.
         Однажды судьба занесла меня на пограничный пункт между Италией и Австрией. Там текла забавная жизнь.
         Желание выпить хорошего пива и съесть сочные сосиски шли в этом маленьком поселке из Италии в Австрию, т. е. с одного конца улицы на другой.
         А жаждавшие итальянского вина австрийцы проделывали обратный путь. И все было просто.
         Правда, поселок разделялся маленьким мостком и у конца его перил, по обе стороны, стояли пограничные часовые. Они никому не мешали. В этом пункте происходило как бы безмолвное, но давно узаконенное соглашение двух государств, которым, однако, через несколько лет пришлось вступить в войну, в этом крохотном местечке осуществлялась неписаная таможенная уния.
         - Почему я об этом вспомнил?
         Очень просто.
         Ведь у нас между Эстонией и Латвией осуществляется тоже таможенная уния, - ах! - я вам должен сказать, что на практике она давно осуществилась, и ее создали не договоры, не заседания, не дебаты, не выкладки, не экономические соображения, - нет! - ее создала просто сама жизнь.
         Эту унию осуществил знаменитый город Валк.
         И тут я уже должен говорить по секрету. Но, ведь я вам все время сплетничаю, а сплетничают на ушко и сплетня откровенна. Вот почему я вам поведаю в чем дело.
         Дело же в том, что наша эстонская водка знатоками ценится гораздо выше латвийской, а есть любители, пользующиеся всяким удобным и неудобным случаем, чтоб попасть в Валк латвийский, ибо кто, в конце концов, станет препятствовать их невинной, беззаботной прогулке с тросточкой в руке, по Валку эстонскому?
         Ну, а что они там делают, что они там покупают, как распоряжаются своими покупками, - кому же до этого есть дело? Разве мы смеем интересоваться личной жизнью человека?
         И иные из рижан иногда испытывают живейшую зависть к жителям латвийского Валка. Теперь вам уже не трудно догадаться, в котором часу просыпается эта зависть:
         - Она просыпается ровно в "Х". Она все время бодрствует по субботним и воскресным дням.

* * *

         А все это я пишу и обо всем этом сплетничаю в этот последний день моего пребывания на рижском взморье.
         Сегодня - 1 сентября.
         Я уезжаю, а вся природа, - и зеленые сады, и цветущие луга, и шумные высокие сосны, и золотое, сияющее солнце, и море зовут, не отпускают, и в душе вдруг всколыхнется, заскребет и заноет тихая печаль, - должно быть, воспоминание о милых днях и ласковых вечерах, прошедших в этой приморской глуши, бедное сожаление о всем уходящем, предчувствие надвигающейся багряной осени природы и своей собственной придвинувшейся осени седеющего человека.
         Кончено лето! Снова - город.
         Но наше испорченное сердце, приученное к забвению, исцеляется скоро. Тревоги заслонят минутную грусть, придут новые люди, замелькают новые встречи, и в мои письма к вам вольются новые, серьезные темы. Я знаю их. Все о том же болит и тревожится душа моя, как и ваша, и я без труда угадываю, что вы ждете от меня. Да, я скоро напишу вам о многом: о русском меньшинстве в Латвии, о положении церкви, о рижанах, о русском театре и вообще о театрах, и это будет означать, что моим "сплетням на ушко" пришел конец.
         В театре можно сплетничать, о театре - нельзя. Театр это то, что всегда и везде у всех на виду, на слуху и на памяти. Как тяжело быть театральным человеком.

П. Трубников [П. М. Пильский]. "О Риге на ушко. Рижские мелочи" // Наша газета. 1927. № 138, 4 сентября.

 

Подготовка текстов © Аурика Меймре, 2002 - 2003.
Публикация © Русские творческие ресурсы Балтии, 2001.


 

Петр Пильский

Русские Ресурсы     Балтийский Архив     Обсуждение


© Baltic Russian Creative Resources, 2000 - 2003.