Владимир Познер. Стихотворения

Мое сердце

Дусе

I
.

Сердце мое - несколько комнат,
В которых никто не живет.
Все прибрано чисто и скромно.
Стол, рукомойник, комод,
Диван и кресло голубое,
И веселенькие обои.

Часть города такая бедна,
Что никто не приходит нанять.
И я ищу усердно,
Но я не умею искать, -
Нет никакого толку, -
И плачу я втихомолку.

Орешник растет тонкий и низкий
Перед моим окном,
А на окне белеет записка:
"Здесь сдается в наем".
Заезжайте, если будете мимо ехать.
Вы смеетесь? Мне не до смеха.

II.

Пятнадцать лет, как открылся музей редкостей,
Мне пятнадцать исполнилось в этом году;
Я далек старости, я далек ветхости,
Посетителей жадно жду.

Но я не сторож: кто придет первый,
Может легко украсть
И статуэткой стариннаго Севра
Комнату свою украсить.

Но тот, что из воска, и который изваян,
И та, что глаза опустила безвольно,
Не забывайте, она живая!
Ей тоже бывает больно!

Но вы, которые глазея,
Забываете, что руки - камень.
А здесь, как во всяком музее,
Просят не трогать руками.

Зеркало. Журнал литературы, искусства, сатиры и общественной жизни. Приложение
к газете "Вольная Литва". 1921. № 1, 29 июля. С. 2.

 

Памяти Александра Блока

О, если-б знали дети, вы хо-
лод и мрак грядущих дней.

Александр Блок.

Уже осенни вечера,
Как осенью, нам одиноко.
Вот телеграф пропел вчера
О смерти Александра Блока.
Еще не смолкли провода.
Дрожащие осенней дрожью,
А он уходит в никуда,
Вглубь родины по бездорожью,
Через разрытые луга,
Раскопанные огороды,
Там, где в степи горят стога,
Где высохли живыя воды.
И вот места, где он ступил,
Травой зеленой прорастают,
Сердца журчат и камни тают,
Ложится пыль, стихает пыл...
Пусть умер он. Умрут другие.
Заупокойный волчий вой
Несется по лесам России
На крыльях вьюги ветровой.
И только под землей глубоко
Живая движется вода.
Вчера пропели провода
О смерти Александра Блока.

Владимир Познер.

13.VIII.1921.

Зеркало. Журнал литературы, искусства, сатиры и общественной жизни. Приложение
к газете "Вольная Литва". 1921. № 2, 3 сентября. С. 2.

 

Товарищ Европа

Пока коммунисты проделывают опыт
Может-ли дышать придушенная страна,
Россия, прорубив окно в Европу,
Просит милостыню у окна.
А в Европе от едова ломятся витрины
На каждом шагу торговки уличныя,
Гастрономические магазины,
Мясные, зеленые, булочные.
В деревнях, в городах, в столицах,
Окрест
Европа спрягает во всех временах и лицах
Я ем, ты ешь, он ест.
Обедает Европа,
Кусы мяса, бутылки вина
Вдруг у окна шопот,
Кто-то стучится у окна.
Обернулась, видит: нищая у окошка,
- Боже, они уже лезут в дом.
- Подайте милостыню, подайте немножко!
- Пойди, займись честным трудом.
И вернувшись к обеду,
Кофе пила с медлительностью
И потом сказала, обернувшись к соседу
- Я, вообще, против частной благотворительности.

Вольная Литва. 1921. № 39. 21 (8) июля.

 

Всем вам

Теперь в Ковне только рты,
А рты обжорливы и речисты.
Это мало отращивать икры и животы
И говорить, что всем виноваты коммунисты.
На улицу. Навстречу такой пропыхтит,
Весь - складки, морщины, склоны,
Что вполне уверен: это тот самый кит,
В котором временно помещался Иона.
Когда рядом движется зданье.
И сверху два заплывших глаза глядят,
Не знаешь: человеческое-ли это созданье,
Или просто продовольственный склад.
И когда такой трех-этажный дом
Услышит о голоде истерзанное слово,
Он еле шевелит во рту языком:
- Да я-бы, да мы-бы, да что вы!
А если попадется любитель искусства
Или, вообще, лицо со средним образованьем
Оно будет изливать скорбныя чувства
И о голодающих говорить с горячим состраданьем
Тает от стихов толстоногая дева,
(Вот возьми: от поэзий и проз растай!)
И мямлит направо и налево
Задушевныя слова для младшаго возраста.
Есть пора! И прочь стихи летят,
В Городской сад направляются стадом
И на минуту Городской сад
Становится Зоологическим садом.
Всей Ковной садятся есть,
И тетя, и дядя, и папа, и мама
И сочувственно читают новую весть, -
Из России новую последнюю телеграмму.
Пусть чужия небеса покрыты тучами.
Перед витриной гастрономической падите ниц
Неправда-ли, все к лучшему
В этой лучшей из столиц.

Вольная Литва. 1921. № 41. 23 (10) июля. С. 3.

 

Атаман Голод

Мне только-что сообщили по радио:
В России хлеба нет,
В Москве и в Петрограде
Издан новый декрет:
"Вчера в пять вечера гражданину Иванову
Выдан хлеба последний фунт,
Страшнее генералова, страшнее атаманова
На Поволжье поднят новый бунт.
Все декреты отменены:
Запасайтесь брильянтами, запасайтесь золотом.
Российская республика в состоянии войны
С атаманом Голодом.
Труба рожок, барабан бей!
Пушки цельтесь по тверди!
Объявлена мобилизация всех людей
Со дня рожденья до смерти
Видите, зори взвились гордо
Кровавым стягом выше города:
Это движутся орды
Атамана Голода.
Слышите, на Волге, слышите, на Урале,
В грудь земли ударяют молотом:
Так проходили и орали
Орды атамана Голода.
Орды атамана уже близки!
Прячьтесь в подвалы, запирайте ворота!
Слышите, первые полки
Уже топают у поворота.

Вольная Литва. 1921. № 45, 28 (15) июля. С. 3.

 

В России все спокойно

На востоке все здания
Под знаком серпа и молота: -
Иллюстрированное издание
Голода.
Красные строки улиц,
Крюком висельника - вопросительный знак,
В конце точки - пули,
А на обложке кабак.
А рисунки? Видано-ль лучше?
Кто-б нарисовать сумел
Кучи из живых и мертвых тел.
Пробитые виски,
Человечьяго мяса сажени.
Что большевики?
Только безплатное приложение
Говорят, будет какое-то чудо,
Кто-то прекратит гражданския войны; -
Я сам недавно оттуда, -
В России все спокойно.
Бушуют стихии,
В красном тумане восточно-европейская равнина,
Там продается душа народной России
Распивочно и на вынос.

Вольная Литва. 1921. № 103, 30 (17) декабря.

 

Черный рыцарь

Кто во мраке встретит,
Кто пригреет нас?
Я живу на свете,
Может, сотый раз.
Все однообразно:
Ходишь, спишь и ешь,
Те-же все соблазны,
И дела все те-же.
Как от них укрыться
В отдаленный дом?
Где-же черный рыцарь
В шишаке стальном?
С алой полосою
Вкось на шишаке,
С белою косою
В высохшей руке.
Слышу тайный ропот,
Спор подков и плит,
Только тяжкий топот,
Пыль из под копыт.
Все, что жизнь сулила,
Подарить могла:
Милая могила,
Ласковая мгла.

Владимир Познер

Вольная Литва. 1922. № 1. 1 (19.XII) января. С. 3.

 

Подготовка текста © Павел Лавринец, 2003.
Публикация © Русские творческие ресурсы Балтии, 2003.


 

Владимир Познер

Русские Ресурсы     Балтийский Архив   Обсуждение


© Русские творческие ресурсы Балтии, 2003

Литеросфера