Виктор Червонный

ТЕОРЕМЫ И СЛУЧАИ

I. Астрология (диптих)

Часть 1. Астрология как ремесло.

         Когда я был чиновником, мне пришлось какой-то период работать в качестве журналиста. Моим наставником оказался очень опытный человек, возглавлявший при Горбачеве Информационную службу президента. Под руководством этого замечательного человека я делал первые шаги в журналистике, которые, как вскоре выяснилось, оказались так же и последними. Но дело не в этом, а в том, что между нами шла самая настоящая война: мой начальник требовал от меня в мой собственный текст делать вставки из текущей периодики - отрывки из статей, информационных сообщений, интервью, словом , из чего угодно, но на злобу дня. Меня же коробило то обстоятельство, что эти врезаемые цитаты разрушали ритм моей мысли, моего письма. К тому же поиски подходящих цитат отнимали массу времени и оборачивались настоящей мукой. В конце концов, однажды я так разозлился, что не стал искать ничего подходящего, а сунул в мой текст, посвященный проблемам трудоустройства, безработицы и формирования рынка труда, цитаты из интервью домохозяйки журналу "Работница". Каково же было моё изумление, когда через несколько дней я впервые удостоился похвалы моего шефа. Нужно ли говорить, что с этого момента моя жизнь стала намного легче и сделать врезку мне было все равно, что поставить кляксу.
         И в один прекрасный день ко мне пришло просветление: я понял, почему гадание на картах, на кофейной гуще, на бобах, по руке, по черепу и, наконец, по звёздам делает людей такими проницательными! Самый заурядный человек (это я на себе проверил) способен заткнуть за пояс любого психолога-профи, если основательно изучит хотя бы самые азы астрологии. Как Вы думаете почему такое происходит? В чём секрет?
         Совершенно верно! Никак не связанные с психологическим портретом, который Вы набрасываете, врезки о звёздах освобождают Вас от попадания в резонанс с собственной мыслью и позволяют писать портрет размашисто, крупными мазками, не заботясь о мелочной подгонке. Однако не в одной лёгкости тут дело: освободившись от самого себя, Вы впервые не загораживаете предмет своим отношением к нему, впервые добросовестно вываливаете на полотно то, что видите, не заботясь о том, насколько согласуются ваши наблюдения между собой. Насыщение текста информацией срабатывает автоматически: портрет становится оживленным и начинает гораздо больше походить на оригинал.

Часть 2. Астрология от Павла.

         Однажды в журнале "Наука и религия" я нашел статью "Гороскоп Сталина" - изящно контрапунктированную биографию вождя с её подъёмами и спадами, с поворотными точками, с тайными пружинами и перебитыми крыльями, со счастливыми случайностями и упущенными возможностями. Я штудировал это гороскоп несколько дней подряд, делая выписки и впитывая этот маленький шедевр не только глазами, но и рукой. Думаю, что музыкант-любитель точно так же священнодействовал бы над партитурой великого маэстро. К сожалению, через полгода в прессе появилась скандальная публикация, документально доказывавшая, что Сталин родился то ли на год раньше, то ли на год позже, что само по себе для моего рассказа совершенно не важно. А важно то, что Гороскоп тирана, успевший стать для меня каноническим текстом, ставился под сомнение. Открывались лазейки для всякого рода грязных мыслей, для обвинений астрологии в шарлатанстве. Люди, далёкие от психологии, чрезвычайно возбудились, радостно потирали руки и требовали от меня покаяния, как будто я был автором этой невольной мистификации.
         Я, безусловно, тоже был шокирован, но не сомнениями в компетентности астрологии, не сомнениями в порядочности её служителей, а сомнениями в самом себе. Астрология долгие годы была для меня чистым наслаждением, святым воспоминанием, которое я берёг в памяти, как самое большое сокровище, символом служения всему возвышенному, Духом любви и солидарности, эстафетой разума, союзом тайных каменщиков - неужели всё это я должен перечеркнуть и выбросить в одночасье? И всё это проделать только потому, что в какой-то старой и ветхой книге найдена запись с датой рождения мальчика, который, по большому счёту, меня сам по себе нисколько не интересует.
         Я помню растерянность моего дорогого учителя и его споры с чернью, нападавшей на него во время публичных выступлений с лекциями. Ему ничего не оставалось другого, как отрицать то, что было очевидно толпе, то, что она могла пощупать, потрогать своими руками. Самым ужасным в его положении было то, что он должен был во всем этом участвовать, спасая нас, своих учеников, и никак не мог удалиться в башню из слоновой кости. Тогда-то я неожиданно для себя понял, что толпа восторженных поклонников и толпа, вершащая суд Линча, - одна и та же толпа. И еще я понял, почему был распят Христос. Быть распятым - архетипическая участь любого учителя, даже если он преподаёт "Материальную часть танка".

© Виктор Червонный, 2001


Лазейка для грязных мыслей