Предупреждение из Палеотуры

 

R. S.

для кладбищенских туристов из графства Маний на территории HOMOGILNIKA "R. S." расположено несколько слоёв культурных захоронений; последний ещё не закрыт; каждый из них - это братская могила - тогдашнего автора и предполагавшейся аудитории. Ниже представлены результаты эксгумаций №№ 1-10, которые торчат вдруг нелепо возникшим надгробьем внутри R.S., и вот теперь вне его.

Э-1
вот ломкий эстафетный клич
в туманном оледенении этого единственного в мире рассвета:
не ускользайте во враждебный мрамор собака-на-сенства
разольдите глаза и разомшите уши -
да войдут эти трассирующие зимние клятвы в ваши заиндевелые склеротические сны

Э-2
интимно вечереющая жизнь
поля в заре так пристально конкретны

Э-3
Октябрь, к Нью-Вильне автобус, осень-71
   чутко врастай мраморнеющей статуей -в тишайших одновременностях рудой
долины, в туманно-багряный полдень 20-го числа-
   в высокой глубине зелени - мерцанием - л е г к о в у ш а, чу…ржавеющая круглыми
лапами в жжёной траве,
   тягчеющая на глазах молоком - в гулкой тишине - к о р о в а   с древними пятнами
недоуменья на морде,
   тонущая в придорожьи   и з б а - косой, полузатопленной шхуной, да - бутылки,
подмигивая блеском у края стены,
   белыми недоразуменьями - вслушивающиеся - к о з л ы, воткнутые там сям в панора- му,
   з а б о р - под тяжестью времён - зябкая кривая условность бывшей ненашести чего-то
- вне, за или по ту сторону его клыков, чернеющих сейчас от влаги эпохи,
   п ё с, ещё свежий, без памяти, мохерово трусящий всё десятилетие вперёд - через своё
поле, травы, дремотные явления псиного завтра,
   и вонааа - увязающие в горизонте л о ш а д и н ы е  д в а   з а д а - с литературным
пахарем меж ними, это уж вневременная лубочность -
   и   т ы - в тишине субботы тишайшей исчезаешь з ъ я в о й --в беззвучно сигающей
над речушкой штуке - АВТОБУСЕ-31 (Вокзал-Н.Вильня) -
   этой зыбкой паутинной галлюцинации на нитях осени
31-ый кружит, кружит низко - над землицей нашей сирой, лепясь как лист - на стекла
изб, очки прохожих, небосводы,
цепляясь за ветвь - и умыкаясь опять

Э-4

СнежИтся мне
к ночи
/К морозам, ко льдам, мои други
ко льдам/
Мой срок - за порогом
скрипучей ногой…
/ А   в е т е р ?/
Вот ты,
    товарищ ребёнок,
ч е й?
Не бей в ветровое стекло, не бей.
/Иероглиф войны в предсказании Кена/.
И ветер.
Э-5
Это мертвеющее пасмурью и тишиной последнее лето -1959; тончайший писк
предметов, одевшихся в тёмные кофты предосени; нервный ветер, пробующий на моей
шее зубки становящегося холода; чайник, дрогнувший истерически-старым скрипом
в позимневшей руке - д а в н о это было, ах как, и длится, и будет - далечеет в моей руке
в геометрически прогрессирующее завтра.
   Мягкие руки природного - зелёного, жёлтого, белоледяного - времени
   лежат всюду, облекая стены дней, улиц, черепов, предметов - и лишь вдруг
   коснувшись их пузырчатой холодноты, вздрагиваешь криком беззвучного
 старенья

Э-6
В медленных водах дня, в серейшей необъяти паутинной весны б е с   Мамротник
кувыркается, малый, маня, цыкая, весело ныряя в паутины светлых вод.
А! Рога уже прорастающие мои - буммаги мои светлые - страшки, мокнущими
брюшками, слабеющими, хохочущими.
Долго.
Долго сереть худыми ногами, просачиваясь насквозь водою весны - последней, по-
следней -
сон водяной уже облизывает пластинки мозгов,
какая сладкая, ужасающая, топкая гибель

Э-7
Там, за Высокой Рекой, в Строгом Лесу и в Солнце - говорит м у з ы к а -
о том, что есть жизнь,
но не про меня, да и не про всех, кто к ней ближе, за рекой, вплотную, и дальше.
Грудной зов Певицы, адресованный её Суженому - способному выколдовать её
из клетки радио.
    Зов обращён и ко мне, но не в силах вдохнуть в меня важное ей чудо.

Э-8
/б о л е з н ь/  Шумят над бледнобольными кожами черепа пшеничные снопы снов,
лижут, ласкают ядовито. Корневые ноги бреда бегут по безвольностям мозговых тел.
Гул битвы сна с бденьем - во весь круговой зал; эхо - ведьмой; мешок с корнями,
длящимися сквозь нас. Нет сил. Не успеваю с хрустом сламывать зелёные стебли угроз,
жадно пролезающие сквозь лихорадочный лоб.
      Долины в астме. Жар перевязан тенями.
      Температурят поля. Реки в лихорадке.
Сколько жарких трёхсгибых рук в этой тяжести речного тела.
Как беспомощны отчаянные всплески локтей.

Э-9
Вечерний лес. Вечерний лес вступает.
Страна в огне. /Ждите дождь эпический - глазами, выглоданными закатом/.
А уже ночь скользит - слепящими перьями зрения в очи.
     Это мы в окнах.
Неодолима лестница черноты в небо.
Ах, в зале земли никнет эхо нашего участия!
Роскошную шерсть наших зрелых черепов
кудрявит поздний внутрикомнатный ветер. Это прощанье.
  Ахает странная - за щекой-далечеющая птица-поезд.
Пе-
  рестань молотить меня о стёкла, сердце. /Уже увозят смертельную вежливость
      вестибюля - последние лампы/ Слепая ночь стрекозой на реснице
      Снится

Э-10
мой сон не продлится сонный в бормотаньи бормотаньи синевы у окна тень мою
на балконе рассветном не всколышет ветром нескромным и в слепом замирании нового
лета не нашьёт не надышит румянца на томность стыдливость подушек и небрежную
зыбь простыней я проснусь среди осени сонный в медовом дыхании пчёл не подвигнусь
к оконцу раскрытому в осень не откликнусь на здравствуй и мимо бог седой пронесёт
ореол

©R. S, 19..


Ещё можно вернуться...