Анна Глазова

Шварцвальд

* * *

корабли уходят в море.
в лесу избушка, где я живу.
и хвощ растёт в домашнем соре
и ягода вороний глаз.

я так один. со мной поэты.
я в книгу шёпотом смотрю.
я так ничто не понимаю.
и сосны спрятали зарю.

хольц

над ветхой патлой
палка ставит вехи
и заколачивает кол

и ветер мечет
мех трухлявый ветер:

протухла мантия.
и ветер гол.

зильба

это что, кугеле-
рое?
это ударом расколотое
голоса
вое

шварцвальд

белка ест жабу.
круглый ворон
лес облетает дугой.
гвендолин возвращается:

это кто-то другой.

божья коровка

позолоченная печка
выпеки мне человечка
с четырьмя руками
с четырьмя ногами
с мокрым пеплом вместо глаз
на носу противогаз
назову его Анри
умри, замри, отомри

приговор

верхом на лошади
едет офицер
может быть, просит пощады
унтер-офицер
у свода
или у арки закона

только дверь закрывается
за конской спиной
застрелилась арка
острый свод кончается
есть в законе помарка
есть закон за стеной

гимн

пройди гроза,
ворона пролети бесшумно,
нацелясь в небо, и за ней-то
в дыру всё провались сквозь землю:

- а из озера снег шёл,
на лугу облако лежало,
небо травой покрылось,
всем птицам весна.

разговор

земля носит - собака воет.
так и совершается каждый разговор.

и воздух как собака -
и ноет
и грызёт.

* * *

море расходится хвост с плавниками
что же вы ноги с собой не срастаетесь? надо бы что ли куда-то идти
тащишься тело
свернувшись комками
нет чтобы сразу во что превратиться;
так и помрёшь человеком заранее
прежде помрёшь чем успеешь родиться

скорбели

в лесу стоит избушка
в ней гвендолин живёт
- подушка на постели -
и плачет
и поёт

исток

там, где с дунаем
сливается рейн,
где происходит
смешение вод -

там бы поставить
громоотвод!
громкому богу

земля

вот оно - славное море дунай
я прохожу под водой незамеченно
черчено море и передначерчено славной волной на распяленный буй
не утекает из моря вода! и по пустыне не разливается! море парит но не испаряется! ветер ворошит волну и песок.

море с пустыней разделено. гром разделяет небо и землю. реки ползут но не расползаются. так любят землю схватившись за край:
дном проползая, со страхом дунай.

кованое

во дне горы где спал я, изверг,
под весом пот
точил вулкан
а я, другой, как спал - упал
на клюв
кованого меча
и отворилась песня эта
не ручейком, ключом журча

свет

съели мы солнце.
какая корысть?
нас просветило.
а в месте отхожем
тухнет оконце
и просится бысть.

элегия

в парке с медведем
гуляет жираф
     в парке
          с медведем

на поводке ведут булку к ограде - кушайте булку!

голод в ограде у хлеба и звери
     к тому же
          кто же от булки нутром умирает?
кроме как булки?

* * *

в положении лёжа
ястреб пробует говорить.

в положении стоя
ящер делает то же.

только чудовище
как человек
просит словами
пить-есть-спать не может.

я пришёл издалека

во поле
лежал господь
источая в землю плоть
из него текла река
через заводь
в заболоть

во поле
лежал вампир
тупорылый
как тапир
из него текла река
мимо мира
в мимомир

в поле, в поле,
под бревном,
среди спутанных корней

ключ потерян.

* * *

лес стоит без окон без дверей,
партизаны выходят из леса,

к ним навстречу не выходит никто
и замок ни на дверь не навешан,
ни на скважину ключ не прилажен,
ни под деревом звон не раздался,
ног не вытер никто ни о что,

по дрова.

кристалл

истуканом родиться -
истуканом прожить.
та же чечевица,
то же жито.
с птицей-туканом
пробовать говорить
сквозь сито.

окаменело

разбито озеро.
стоит так тесно,
что словно бы сливаются куски
в текучее. но не стекло -
окостенело.

* * *

в свежем гробу из зелёного дуба
спит лесорубяя шуба

* * *

в чёрном чёрном дереве
в чёрном чёрном лесе
внутри чёрного чёрного дупла
в чёрном чёрном зубе
растёт чёрное чёрное дерево
в чёрном чёрном лесе

* * *

голос из заутробья
требует пищи себе
слова или подобия
на чреватой губе

* * *

ты уходишь уже ухожу
только вот погасили случайно
как бы на лестнице не споткнуться
в темноте ртом о локоть
не укусишь уже укусил
эх, какая же копоть
нету сил

потому

слышишь, улица какая тихая
это потому что она просека
в темноте светляк лежит потухая
прямо на руку ложась дровосека
сова многоухая осеклась как-то странно
очень деревянная потому что
на болоте труха

* * *

в нашем лесу нет
заколоченных стен, разбитых корыт.
в нашем лесу живёт тихий свет
и нет, нет никаких корыт, стен, зарыт давно в землю мерцающий свет,
только тихий мерцает.
и неслышно поёт короед короеду.

 

на медведя

                     посв.

встану
и буду пить сок
из мёртвого дерева и синицы.
а когда задубеют ресницы,
сотне диких берлог
нанесу рану.

* * *

это что же, на самой заре,
когда птицы?
да, когда змеи чистят горло на ветках,
разбиваясь в ничто о скорлупки,
напевает зародыш в яйце, кем родиться.
птицей, птицей, со змейкой в лице.

 

* * *

                     обезвожены более, чем чрезмерно
                      АТД

тяжелее катиться под гору -
тянет обратно попутный свет.
впору ставить оси в колёса,
но нет такой радости. парус
без троса межу бороздит,
ярусы выбоин падают с плит.

* * *

я пью из тройного стакана:
вино, вино и вода.
в бокале плавают лебеди,
в воде - лебеда.
не беда, анна,
в четверной стакан
выйдем в нелюди.

© Анна Глазова, 2004 


под бревно