Индоевропейский Диктант как жест к запредельности

   Некоторые смыслы совершенно неразличимы по той простой причине, что по существу являются лишь фоном, основой, на которой разворачиваются все прочие (т.е. вторичные) смысловые события. Эта "основа" не проявляет себя никак, и догадаться о ее существовании можно разве что по едва различимым "зазорам" между двумя следующими друг за другом значениями или по едва уловимой паузе между двумя звуками в одном слове. Нет никакой возможности представить эту "основу" как событие в ряду прочих событий, потому что различие подразумевает существование общего пространства, где различающиеся феномены могли бы разместиться друг по отношению к другу. (Двум кораблям, чтобы столкнуться, нужно море.) Единственное, что здесь возможно сделать, - это просто указать некое направление для взгляда, как если бы он хотел (что еще и не очевидно) проникнуть "за".
   Приведенные ниже тексты являются диктантом, поскольку просто фиксируют рождение и смерть расположенных рядом значений, звуков, событий. У диктанта нет автора, а тот, кто (или то, что) диктует, всегда находится за пределами значений, звуков и событий.

веда вед святое дело слову вслед ступать предельно осторожно и без надежды на ответ и с верой в то что невозможно туманом стлаться над мостом в пустом немотстве эхом ме таться в промежуточном пространстве ме жду словом этим и о том что не услышит ухо не говорить и шаг за шагом степенно делать дело дел дама дам и шаг за шагом делать дело дел ступая вслед предельно осторожно и между свай прислушиваться к ве дам предельно осторожно почитая и ве селясь в покинутых деревнях где слова ме усваивая смысл в немотстве улиц стлаться туман ó м и самому себе казаться эхом да мадам ах нет мадам не стану эхом вам может хам ством показаться то что на ухо скажут вам неверным голосом два глаза вдо ха два как зов и отзыв да мадам стука стук стучит нам тихо метроном о том что трон не на памире а рядом где стена у мов золея исписанная временем и ах и ах как много здесь цветов и елей как много елей говорю я вам мести месть не мстить а вместе месть ме тлою вымести следы пустых пространств моста и не ба барабанным боем вдвоем будить слова у шедшие в тишайшее и повсеместное ау мёда мед твой взгляд струяся мёдом ме ждометий налился в моих зрачков стака ны пролился серебряным дождем на женский пол моих воспоминаний о ве чных поисках желанных ме ст и рая где душа бы отдохнула ау ау и долго важными делами пре небрегая уносить в себе к себе до мой путем изведанным всем да мам без которых мёда мед не словом сладким будет слышен нёбо нёб с о в ме мы сразу по падаем когда меонами щекочем не бо бурыми от сигареты зу бами надежно защищенное от му дрости которая как в падме хум
Сопричастные материалы

доннерстаг дождливый ожидая день в четверг чертога ввергн повергн вниз врага под деревом в саду у вод и черных в вечн исторгн * * * о колесе и около колена тихим голо сом несущим сон рассказывает некто он вдове воды не подава я уводя в туман следов от слов ослов в садах садов * * * волн шершавым языком вылизанный камень католически шептал sursum corda amen * * * танский монах

"Я скромный монах и, хотя не обладаю особыми талантами, хочу верой и правдой послужить вам и, выполняя вашу волю, отправиться за священными книгами". У Чэн-энь "Путешествие на Запад"

весь потом истекая из китая странник к туманным ганга берегам за книгой наверший белоснежных и огня шел волков драконов и лисиц преображая в себе самом в созвездья зыбких слов желток луны на сковородке неба ночи по маслу одного из одиночеств под треск цикад и гул в ушах катался для путника ночного вожделенный ужин разложенный в тарелку каждой лужи любовно миром тем приготовлялся который в книгу не вписав ни строчки в листы пустые нас уставиться заставил


Вам сюда